Юридический адрес: 119049, Москва, Крымский вал, 8, корп. 2
Фактический адрес: 119002, Москва, пер. Сивцев Вражек, дом 43, пом. 417, 4 эт.
Тел.: +7-916-988-2231,+7-916-900-1666, +7-910-480-2124
e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.,http://www.ais-aica.ru

Перевод сайта

ruenfrdeitptes

Новости от наших коллег

Информация с листа рассылки

Войти

Поиск

Объявления

Dernières actualités Louvre

Musée du Louvre (Paris, France) : Dernières actualités

07 апреля 2020

  • La France vue du Grand Siècle
    Si les gravures de Silvestre ont été largement diffusées, ses dessins demeurent méconnus. Le musée du Louvre en conserve un ensemble exceptionnel qui sera  présenté au public pour la première fois.
  • Imaginaires, représentations de l'Orient
    La Fondation Lilian Thuram pour l’éducation contre le racisme et le musée national Eugène-Delacroix s’associent pour construire un projet singulier d’exposition et de médiation, offrant de présenter les oeuvres de la collection du musée de manière renouvelée. Un accrochage inédit de la collection du musée, dédié à l’Orient et à ses représentations, est proposé du 11 janvier au 2 avril 2018.
  • Delacroix, le dernier combat
    Film de Laurence Thiriat Fr., 2016, 52 min Au crépuscule de sa vie, Eugène Delacroix se lance dans un chantier monumental, la réalisation de peintures murales pour la Chapelle des Saints Anges dans l’église Saint-Sulpice à Paris.
  • Dans les pas d'un jardinier
    Colloque suivi d'un concert Sous la direction scientifique d’Hervé Brunon et Monique Mosser, CNRS, Centre André Chastel, Paris Le colloque s’inscrit dans le cadre de la programmation « Histoire et cultures des jardins », commencée en 2007 et conçue avec la collaboration scientifique du Centre André Chastel. Cette rencontre sera consacrée à la figure de Pascal Cribier (1953-2015), jardinier et paysagiste, qui fut notamment aux côtés de Louis Benech et François Roubaud le concepteur de la réhabilitation du jardin des Tuileries (1991-1996) et s’affirme, avec près de 180 projets réalisés à travers le monde, comme un maître d’œuvre majeur.

Сергей Иванов

 

ДРЕВНЕРУССКИЕ ГОРОДА В КАРТИНАХ СЕРГЕЯ ОСИПОВА

 

 

В творчестве известного ленинградского живописца Сергея Ивановича Осипова (1915–1985) значительное место заняла тема древнерусских городов. Созданные им произведения, посвящённые Пскову, Изборску, Старой Ладоге, Суздалю, Старице, Тарусе, Васильсурску могли бы составить внушительную галерею выразительных и глубоких образов. За особую музыкальность и ярко выраженный поэтический строй этих произведений их можно было бы назвать сюитой или поэмой, если бы не масштабность самой галереи и поднятых ею проблем художественного и гуманистического свойства.

Сергей Иванович Осипов (1915–1985)

Сергей Осипов родился в деревне Степанково Тверской губернии под Бежецком в окружении русской природы, истории и памятников старины. ХХ Век безжалостно рвал эти связи, вовлекая миллионы выходцев из провинциальной России в круговорот индустриальной городской жизни и созидания «нового» искусства. Большинство талантливых художников из российской глубинки будут воспевать в своём творчестве урбанизацию и порождённых ею героев: рабочих и работниц, спортивную молодёжь, строителей метро и заводов, авиаторов и воинов Красной Армии, деятелей науки и культуры.

Вместе с портретом, исторической и жанровой картиной городской и индустриальный пейзаж позволял полнее выразить характер эпохи и масштаб происходивших перемен. С этими героями и темами вошли в историю искусства ХХ века и многие известные художники - земляки Осипова, выходцы из городов и деревень Тверского края Александр Самохвалов, Пётр Бучкин, Михаил Бобышов, Юрий Тулин, Виктор Тетерин, Александр Семёнов и другие.

У Сергея Осипова творческая судьба сложилась иначе. О причинах такого добровольного творческого «отшельничества» можно судить лишь  предположительно.

Его корни и в происхождении, и в пережитой военной драме. Когда в 1941 немцы приближались к Ленинграду, С. Осипов добровольцем ушёл в народное ополчение с последнего курса института, а осенью 1941 года при разминировании проходов для наступающего матросского батальона из Кронштадта в районе Старого Петергофа был ранен, потерял ногу и больше года провел в госпиталях на излечении. Художник Вячеслав Монахов, близко знавший С. Осипова, писал о нём: «Осипов по характеру был малообщительным молчуном, упорным, целеустремленным человеком. Может быть, сознание инвалидности сделало его замкнутым. Он плохо сходился с людьми, а наша с ним поздняя дружба, наверное, исключение, ибо познакомились мы еще в годы войны. Я хорошо узнал Сергея Ивановича в наших поездках. В Изборске он меня буквально замучил поисками привлекательных мест для писания этюдов. Я порой удивлялся, откуда у него были силы, если я здоровый человек и не калека валился с ног от усталости, «путешествуя» по холмам Изборска»[1].

Упоминание В. Монаховым о совместных поездках в Изборск относится к позднему периоду творчества С. Осипова, к концу 1970-х и первой половине 1980-х годов. А начиналось всё в конце 1940-х, с первых поездок «во псковщину» и на Волхов в Старую Ладогу.

Об одной из поездок с Осиповым в Старую Ладогу вспоминал заслуженный художник РСФСР Г. А. Савинов:  «С Сергеем Ивановичем Осиповым я познакомился в 1939 году, когда он пришел в мастерскую А. А. Осмеркина на третий курс. Мы любили свою мастерскую и своих учителей: А. А. Осмеркина, С. Л. Абугова, который вел рисунок, Е. В. Павловского, который сам недавно окончил эту мастерскую. Не знаю, как окончил Академию Осипов, так как в 1940 году после защиты дипломной работы я был призван на военную службу. А потом была война, и только через пять лет мы, оставшиеся в живых, встретились вновь. С тех пор с Сергеем Осиповым меня связывала дружба. Мы часто виделись, ездили на этюды. Особенно запомнилась первая поездка на Старую Ладогу.

Старая Ладога не была еще реставрирована. Все нас там поражало: ярко окрашенные дома среди древних белых стен, церкви на холмах-курганах, росписи храма Святого Георгия, стремительный Волхов и жители, которые при встрече кланялись, здороваясь. Жили мы в деревне Чернавино, в старой избе, сложенной из огромных посеребренных временем бревен, у чудесной старушки Татьяны Егоровны. Днем ходили на этюды, а вечерами пили чай из золотого самовара под рассказы Татьяны Егоровны о старине. Она шила из лоскутков разных материй чудесные коврики и дорожки.

Меня поражало то мужество, с которым Осипов, превозмогая сильную боль от протеза, нагруженный этюдником и холстом, ходил в поисках мотива, а потом часами писал этюд. В Старой Ладоге хорошо знали Осипова — он не раз там бывал — и любили. Он был простой, добрый, хороший человек.

Возвращались мы в старом товарно-пассажирском поезде — электричек еще не было. Мимо знакомых, войной разрушенных и еще не восстановленных селений. И тогда он рассказал мне о том бое, в котором был ранен и потерял ногу».[2]

О поездке с Осиповым в Старую Ладогу вспоминал и художник Д. П. Бучкин. «Художники в отличие от людей других профессий, никогда не  бывают в одиночестве, даже в преклонном возрасте. Художника всегда окружает свой мир, а если есть возможность общаться с природой, писать пейзажи с натуры — это уже счастье! Таким счастливым человеком был мой друг и товарищ Сергей Иванович Осипов. Живя и работая в одном доме на Песочной набережной, я имел возможность часто с ним встречаться. Сергея Ивановича интересовало только его любимое дело — живопись, разговоров о политике, о быте он не воспринимал. Зато мог искренне восхищаться, как живописна обыкновенная кринка из-под молока, стоящая на полке. «Не надо ничего придумывать, компоновать, в самой жизни все уже продумано и скомпоновано, нужно только постараться это увидеть и изобразить», — неустанно повторял он.

Как-то весной по предложению Осипова художники отправились за город писать с натуры. Заправил я свою «Победу» — и мы уже в пути. По дороге останавливались, так как невозможно было удержаться от желания запечатлеть последний снег, остатки которого в оврагах быстро таяли. Так незаметно подъехали мы к Волхову. Через реку в те времена ходил паром. И вот мы с «Победой» оказались на пароме, а вскоре и на том берегу. Поселились мы у крестьянки Татьяны Егоровны, которая очень гостеприимно приняла нас. Писал Сергей Иванович в ту весну с упоением, приговаривая, как в природе все гармонично, красиво и если хоть немного удастся приблизиться к этой красоте на холсте — какая это радость! С берегов Волхова мы увозили полную машину этюдов. А с наступлением зимы мы снова приезжали в Старую Ладогу. И вновь останавливались у той же замечательной старушки Татьяны Егоровны. С упоением Сергей Иванович писал те же, но уже зимние мотивы. А в избе у Татьяны Егоровны жарко натоплена печь, чисто и опрятно кругом, на полу половички, сотканные самой хозяйкой.

Работали мы на воздухе, несмотря на мороз, возвращались с темнотой. И потом много часов в поездках и беседах мне посчастливилось провести с Сергеем Ивановичем. Были мы с ним и в  Пскове, и в Старице, и в Торжке, и в Изборске. Сергей Иванович не писал больших полотен, а работы, написанные с натуры, он никогда не поправлял, говоря, что все, написанное с натуры, и есть самое ценное в живописи.

Сергей Иванович часто в поездках мечтал найти ручеек, похожий на тот, который еще в молодости запал ему в душу. И куда бы мы не приезжали, везде искал он тот ручеек, запомнившийся ему на всю жизнь. Нашел свой ручеек Сергей Иванович в своем творчестве, создав много прекрасных работ, воспевающих красоту русской земли».[3]

Осипов С. И. На Волхове. 1960

«Волховский» цикл С. Осипова создавался в основном в 1950-е годы и стал одним из ранних в творчестве художника. К нему принадлежат работы «На Волхове» (1955), «Ручеёк» (1956), «Старая Ладога. Собор Георгия», «Старая Ладога» (обе 1958),  «Мостик» (1960) и другие. На московской выставке 1983 года С. Осипов показал этюды Татьяны Егоровны и несколько староладожских пейзажей, в том числе картину «На Волхове» 1960 года, одну из последних и наиболее значительных работ этого цикла. После открытия в 1960 году в Старой Ладоге дома творчества художников С. Осипов, любивший тишину и уединение творчества, сюда больше не приезжал, отдавая предпочтение поездкам в Изборск, Псков и Старицу.

Картина «На Волхове»[4] решена С. Осиповым в общей тональной гамме. Воды реки, песчаный берег с мостками и постройками и старинная церковь, написанные в градациях коричневого, воспринимаются как элементы единого целого, рождённые древней землёй Волхова. Рассеянный свет в картине отчётливее выявляет контуры старинной церкви с колокольней на фоне плотно укрытого облаками неба. Ощущение значительности образа и остановившегося времени, усиленное безлюдностью пейзажа, нарушает лишь едва различимая рябь на воде от свежего ветерка.

Осипов С. И. Улица. Псков. 1951

Пскову и Изборску посвящён наиболее значительный цикл работ С. Осипова, как по времени написания, так и по количеству созданных произведений. Первые из известных датированных работ псковского цикла относятся к самому началу 1950-х годов («Улица. Псков», «Псковская улочка», обе 1951), последние —  к началу 1980-х («Крепость. Изборск», 1981, «Ранняя зелень», 1982). По работам «псковского цикла», уместившихся в тридцать лет жизни художника, можно проследить весь творческий путь С. Осипова, с его увлечениями, развилками, поисками и обретениями.

«Моя творческая жизнь началась с работы над пейзажем, — напишет С. Осипов в 1968 году. — Пейзаж всегда интересовал и волновал меня как художника. Работая над ним, я стремился выразить свои чувства и любовь к родной природе».[5]

Картина «Улица. Псков» (1951) характерна для раннего периода творчества художника[6]. Не случайно он включил её в числе немногих произведений начала 1950-х в экспозицию московской выставки. Её отличают декоративный колорит и некоторая условность формы, робкие попытки ухода от иллюзорного натурализма к более обобщённой манере живописи. В дальнейшем С. Осипов практически откажется от введения в пейзаж фигур людей и сухого детального воспроизведения панорамных архитектурных видов.

Осипов С. И. Псковская улочка. 1951

Интересно сравнить картину «Улица. Псков» (1951) с написанной в том же году с натуры «Псковской улочкой» (1951)[7]. В живописном и композиционном отношении последняя работа выглядит значительно более интересной и зрелой. Уходят излишняя дробность и перечисление второстепенных деталей, цветом С. Осипов уверенно создаёт объёмы и формы. Колорит работы, построенный на отношениях локальных цветовых пятен, придаёт всей композиции ту лёгкую меру условности, которая в дальнейшем, начиная с работ рубежа 1950–1960-х годов, окончательно вытеснит натуралистическое письмо и станет отличительной особенностью его пейзажей и натюрмортов.

Осипов С. И. Псков. Дворик. 1962

Среди работ начала 1960-х своей декоративностью, звонким колоритом и приподнятым настроением выделяется картина «Псков. Дворик» (1962)[8]. Цветовая гамма и тонкие светотеневые нюансы передают ощущение безмятежного летнего дня в старом Пскове. Небольшая работа «Псков. Дворик» хорошо иллюстрирует слова В. Монахова о том, что «для Осипова всегда было важным не предметность, не рассказ, не точность изображаемого, а то чувство, которое волновало его, когда он взялся за то или иное изображение, будь то пейзаж или натюрморт. И даже в сложной композиции он стремился к гармоничной цветности, стилизации изображения с целью усиления воздействия на зрителя. Он каждый образ, каждый предмет стремился изображать так, чтобы они работали не формой, а чувством, возникающим у зрителя, когда последний рассматривает его работу. К этому его приучил ещё его преподаватель по Академии художеств А. А. Осмёркин, называвший Осипова «наш композитор»[9].

Осипов С. И. Зимний день. 1963

К 1963 году относится и тонкий по колориту и переданному состоянию «Зимний день», предвосхищающий появление в работах С. Осипова излюбленной сиреневой гаммы и более глубокой и ассоциативной живописи, в которой изобразительный момент будет всё более подчинён воспитанию чувств[10].   

Это обращение «к чувству» в псковском цикле с особым совершенством воплощается в работах С. Осипова второй половины 1960-х и 1970-х годов. Среди них «Изборск. Башня XVII века», «Изборск. Башня» (обе 1967), «В Старом Изборске», «В Пскове» (обе 1968), «Овраг. Серый день» (1970), «Пейзаж с крепостью», «Старый Изборск. Сумерки» (обе 1974), «Изборские откосы» (1978) и другие.

Осипов С. И. Изборск. Башня XVII века. 1967

В картине «Изборск. Башня XVII века» (1967) С. Осипов пишет накренившуюся от времени старинную башню и рядом с ней такое же одинокое дерево посреди заснеженной равнины, подобно человеку, сгорбленному под тяжестью испытаний, но не сломленному. Этот образ близок художнику. Прибегая к стилизации и лёгкой деформации предметов, С. Осипов ищет гармонию форм, хочет раскрыть заключённые в них внутренние силы. «Надо напомнить зрителю о скрытой энергии, наполнявшей каждую вещь. Для меня именно здесь родник поэзии, а не в рассказах о действии или событии», — приводит слова художника первый исследователь его творчества Г. Ф. Голенький[11].

Осипов С. И. Изборск. Башня. 1967

В работе «Изборск. Башня» того же 1967 года С. Осипов пишет древние крепостные башни вросшими подобно могучим деревьям корнями в землю, а вершинами с обрушившимися навершиями  обращёнными к небу. Ощущение прикосновения к истории и «спрессованных в мгновение столетий» усиливает одинокая женская фигура без возраста и лица, возникшая в картине неизвестно откуда и уходящая в даль.

Осипов С. И. Переход через речку. 1968

Картина «Переход через речку», написанная годом позже, в которой, по выражению Г. Ф. Голенького, «ничего не происходит», вырастает у С. Осипова до монументального образа целого мира, в безмолвной глубине которого «удивительным образом оживают предания, вкусы, нравы народные, есть ощущение наших корней в отшумевшей жизни ушедших поколений»[12]. Одинокая женская фигура на мостках в окружении простого пейзажа, написанная С. Осиповым обобщённо несколькими касаниями кисти, вырастает до почти иконописного образа, стирающего границы времён.

Осипов С. И. В старом Изборске. 1968

В том же 1968 году в картине «В старом Изборске» С. Осипов пишет почти панорамный вид на крепостные стены с башнями и белокаменным собором, открывающийся с противоположной стороны оврага, в глубине которого среди деревьев разбросаны деревенские домики. Единство природной и рукотворной архитектуры, создававшееся руками предков, рождает красоту, в которой и «высокому» и «низкому» веками принадлежала своя роль. Сложные чувства вызывает вид остатков величественной крепости с кружащей над ними стаей воронья и простой деревеньки в овраге, где продолжается жизнь и зеленеют поля.

Осипов С. И. Овраг. Серый день. 1970

В 1970 году С. Осипов пишет картину «Овраг. Серый день», в которой даёт поэтическую интерпретацию давно занимающей его теме своеобразной природной архитектуры изборских пейзажей с живописными оврагами, увалами и откосами. К ней С. Осипов будет возвращаться неоднократно, об этом свидетельствуют и многочисленные сохранившиеся карандашные наброски в его рабочих блокнотах.

Осипов С. И. Пейзаж с крепостью. Старый Изборск. 1974

Спустя ещё четыре года С. Осипов создаёт картину «Пейзаж с крепостью. Старый Изборск». Написанная, возможно, в городской мастерской на Песочной набережной по впечатлениям и наброскам, работа передаёт настроение и краски ранней осени. Сложную многоярусную композицию с покосившимися домиками под полуразрушенной крепостной стеной на заднем плане как горящая свеча согревает своим теплом берёза в золотом уборе.

Осипов С. И. Изборские откосы. 1978

Написанная в 1978 году, картина «Изборские откосы» принадлежит к лучшим работам С. Осипова изборского цикла. Она хорошо представляет ту особенность дарования художника, которую Г. Ф. Голенький определил как «вдумчивое проникновение в тектонику формы»[13]. Своей гаммой, графичностью и мягкими обводами созданный С. Осиповым образ восходит к трактовкам пейзажа в произведениях древнерусских мастеров, будто обнажая живущие связи в истории вековой культуры этой земли.

Работа С. Осипова над пейзажем обычно начиналась с обдумывания композиции будущей картины, порой задолго до того, как в руку бралась кисть. Подобно сочинителю музыки он делал множество набросков и зарисовок, прежде чем останавливался на окончательном варианте. Этот процесс шёл постоянно и везде, для чего С. Осипов имел при себе карандаш и блокнот. По этим совсем маленьким эскизам (до 4–6 штук на страничке) бывает интересно проследить, как первоначальный замысел у художника постепенно обретал законченные очертания.

Осипов С. И. Домики на Волге. 1959

В конце 1950-х годов С. Осипов совершает поездку на Волгу в старинный городок Васильсурск. Впервые он побывал здесь ещё двадцать лет назад в довоенной молодости на летней практике студентом мастерской А. Осмёркина. Новые впечатления и нахлынувшие воспоминания совпали с происходившим в эти годы поворотом в творчестве художника и вылились в ряд посвящённых Васильсурску картин. Среди них выделяются «Дали. Васильсурск», «Воспоминание о Васильсурске» и в особенности картина «Домики на Волге» (1959), принадлежащая к лучшим работам художника в жанре пейзажа.

В картине «Домики на Волге», написанной через год после памятной поездки «во псковщину», давшей, по выражению художника, «некоторый толчок», новые качества его живописи находят убедительное воплощение. Композиция картины умело срежиссирована автором, открывая красоту спуска к реке с видом на Волгу. Вслед за художником мы представляем, как пластичны складки земли на склоне, ведущем к реке, как красиво вписаны в его рельеф домики с покатыми крышами, как точно выбраны автором тональные отношения и цветовая гамма работы[14].

После Васильсурска волжская тема вновь возникнет в творчестве С. Осипова только в 1970-е годы в связи с зимними поездками в Старицу, но прозвучит уже лишь намёком.

Осипов С. И. Крепость Кирилло-Белозерского монастыря. 1965

В середине 1960-х годов была у С. Осипова и поездка в старинный городок Кириллов к Кирилло-Белозерскому монастырю с его сохранившимися памятниками  архитектуры XV–XVII веков. Известна, по меньшей мере, одна картина, ставшая итогом этой поездки: «Крепость Кирилло-Белозерского монастыря» (1965).

Композиция картины с низкой линией горизонта и небом, занимающим почти две трети холста, необычна для С. Осипова и призвана, по-видимому, усилить ощущение значительности и одновременно уединённости места, принадлежности его не столько земному, сколько небесному, высшему, духовному началу. Этой задаче подчинён и лаконизм используемых изобразительных средств и изысканная цветовая гамма картины. Возможно также, что та самая лошадь с санями и возницей, изображённая на первом плане, привезла художника на этюды или дожидается его.

Результатом посещения С. Осиповым летом 1970 года Тарусы стали работы «Речка Таруса», «Голубоватые ивы. Таруса» и «Серебристые ивы»[15]. В них неизменно присутствуют два излюбленных мотива С. Осипова — одинокого дерева или группы деревьев и холмистого ландшафта с оврагами, увалами и откосами.

Осипов С. И. Серебристые ивы. 1970

В «Серебристых ивах» в полной мере проявился композиторский дар художника. Доверяясь собственному замыслу, стремясь к достижению гармонии и усилению выразительности, С. Осипов вдумчиво сочиняет композицию, наполняя её подмеченным ранее в природе и окружающей жизни. При этом он смело использует художественное обобщение, жертвуя второстепенными деталями и подробностями ради усиления цельности образа.

Успех картины «Серебристые ивы» во многом обязан и выбору гаммы, цветовой тональности работы, которые С. Осипов считал не менее важной задачей, чем работа над композицией. Лишь после такой длительной предварительной подготовки он начинал работу на пленэре. При этом на полотно ложилось уже то, «что получило преломление в сознании художника»[16].

Осипов С. И. В Суздале. 1968

Известно, по крайней мере, об одном посещении С. Осиповым Суздаля в 1968 году. В его творческом наследии эта тема занимает скромное место по сравнению со старицкими, изборскими или волховскими мотивами. Тем не менее, именно картину «В Суздале» (1968) С. Осипов считал своей удачей, показав её сначала в 1977 году в ЛОСХ на совместной выставке с А. Н. Семёновым и К. А. Гущиным, а в 1983 году на персональной выставке в Москве.[17]

Особенностью живописи С. Осипова, отчётливо проявившейся в картине «В Суздале», становится большая условность формы и всей композиции, заметное стремление к обобщениям, иносказанию, желание уйти от созерцательного натурализма к философской глубине и некоторой символике. «Искренность, мудрая простота, ясная гармония форм и цвета позволяют ощутить древние традиции русского искусства, воспринятые автором не как бездумное использование приёма, а понятые во всей их сути нашим современником» —  писали в 1971 году о работах Сергея Осипова А. Губарев и А. Дмитренко[18].

Осипов С. И. Дом с аркой. 1972

В начале 1970-х годов С. Осипов открывает для себя старинный русский городок Старица, вызвавший в его душе и творчестве искренний и глубокий отклик. Такое несколько запоздалое открытие может показаться странным, поскольку Старица с её богатой историей и многочисленными памятниками архитектуры расположена всего в двухстах километрах от Бежецка. Однако в том, что С. Осипов попал сюда, будучи уже сложившимся зрелым мастером, можно усматривать и руку судьбы. Написанные здесь зимние пейзажи составят одну из лучших страниц в его творческом наследии.

В 1972 году С. Осипов пишет в Старице зимний пейзаж «Дом с аркой»[19], в котором с необычайной простотой и поэтичностью воплотил опыт своих предшествовавших многолетних поисков и раздумий. Характерный узнаваемый стиль работ 1970-х, его легкий «полу-кубизм», перекликающийся с эстетикой модерна, помогли художнику бережно раскрыть перед зрителем неповторимую красоту одного из сохранившихся уголков старого городка. Мотив арки с воображаемыми ангелами и фигурами на первом плане перекликается с архитектурными сюжетами в произведениях древнерусских мастеров, делая созданный образ многозначительным и глубоким.

Осипов С. И. Зима в Старице. 1974

Поездка в Старицу в 1974 году вместе с художником В. И. Овчинниковым оказалась особенно плодотворной. С. Осипов пишет картины «Зима в Старице», «Зима. Городок Старица», «Городок Старица. К вечеру», «Пейзаж с мостом», «Зима в городке Старица».

Об этой поездке С. Осипов вспоминал: «Ездили мы и в город Старицу, зимой. Работали с увлечением и восторгом. Красивый русский городок с сохранившейся стариной, особенно красив зимой, среди белого снега. Работали и в мороз, и в слякоть, бывало, занесет палитру снегом, стряхнешь и продолжаешь работать, невозможно уйти, хочется закончить»[20].

Для картины «Зима в Старице» С. Осипов выбрал панорамный вид на утопающий в снегах старинный городок, открывающийся с высокого левого берега Волги. Непосредственно впереди видны колокольня и купол церкви Параскевы Пятницы (Рождества Богородицы), построенной в 1750 году.

Сохранился блокнот с карандашными набросками С. Осипова к картине «Зима в Старице», дающими представление о том, как формировался окончательный замысел композиции. Впоследствии картина «Зима в Старице», как и «Дом с Аркой» неоднократно воспроизводилась в печати[21].

Осипов С. И. Зима. Городок Старица. 1974

Композиция другой картины «Зима. Городок Старица» (1974) как бы вводит зрителя в мир повседневной жизни обитателей городка, протекающей среди памятников истории, где под глубоким снегом порою почти стираются границы времени[22]. С. Осипов не писал пейзажей ради документально точного воспроизведения его природных и рукотворных элементов. Следуя выработанному приёму, он компонует из реально существующих и узнаваемых построек вымышленный пейзаж, подчиняя композицию картины цели главного замысла.

Осипов С. И. Пейзаж с розовым домом. 1977

Одними из последних старицких пейзажей стали работы 1977 года с розовым домом: «Пейзаж с розовым домом» и «Старица. Розовый дом». Наполненные большим количеством разнообразных деталей и описательных подробностей с приметами нового времени, они при этом не уступают вещам 1974 года в цельности и выразительности созданного образа. В картине «Пейзаж с розовым домом» С. Осипов минимальными средствами достигает нужного эффекта в передаче заснеженных пространств городка, сохраняя рисунок рельефа с его складками, возвышенностями, спусками и подъёмами. Мы ощущаем, где снег лежит глубокими непроходимыми заносами, где ровным настом или протоптанной тропинкой. Практически не используя светотени, вводя элементы обратной перспективы, С. Осипов пишет картину мира заснеженного городка, в центре которой — розовый дом.

Уделяя большое внимание скрытому ассоциативному подтексту своих работ, С. Осипов не безразличен и к мастерству древних строителей храмов, колоколен и жилых построек Изборска, Старицы, Суздаля, Старой Ладоги, заставляя зрителя почувствовать, как искусно они вписаны в окружающий природный ландшафт, образуя с ним единое и неразрывное целое. Или напротив, как беззащитен хрупкий мир красоты перед грубым вторжением, как в картине «Мост через Волгу» (1974).

Творчество талантливого и самобытного художника С. И. Осипова, принадлежащее ХХ веку, всем своим содержанием взывает к бережному сохранению памятников старины и культурного наследия, доставшегося нам от предшествующих поколений.

 

___________________________________ 

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Монахов В. Н. О художнике Сергее Ивановиче Осипове. Приводится по рукописи воспоминаний.

[2] Савинов Г. А. О художнике Сергее Ивановиче Осипове. Приводится по рукописи воспоминаний.

[3] Иванов С. Двадцать лет спустя. Размышления о выставке Сергея Осипова. // Петербургские искусствоведческие тетради. Вып. 21. СПб.: 2011. С. 27–28.

[4] Ленинградская школа живописи. Очерки истории. СПб.: Галерея АРКА, 2019. С. 308.

[5] Осипов Сергей Иванович (1915—1985). Личное дело члена ЛОСХ // Центральный Государственный Архив литературы и искусства. СПб.: Ф.78, ОП.8, Д. 123, Л.17.

[6] Сергей Иванович Осипов. Выставка произведений. Каталог. Л.: Художник РСФСР, 1990. С.15.

[7] Иванов С. В. Неизвестный соцреализм. Ленинградская школа. СПб.: НП-Принт, 2007. С.87.

[8] Ленинградская школа живописи. Очерки истории. СПб.: Галерея АРКА, 2019. С.64.

[9] Монахов В. Н. О художнике Сергее Ивановиче Осипове. Приводится по рукописи воспоминаний.

[10] Ленинградская школа живописи. Очерки истории. СПб.: Галерея АРКА, 2019. С.303.

[11] А. Н. Семёнов, С. И. Осипов, К. А. Гущин. Каталог выставки            произведений. Автор вступ. статьи Г. Ф. Голенький. Сост. каталога И. А. Александрова и Г. Ф. Голенький. Л.: Художник РСФСР, 1977. С.6.

[12] Там же. С.6.

[13] Там же. С.5.

[14] Неизвестный соцреализм. Ленинградская школа. СПб.: НП-Принт, 2007. С.63.

[15] Там же. С.76.

[16] Сергей Осипов. Живопись. Рисунок. Каталог. Автор вступ. статьи А. Б. Ляховицкий, сост. каталога С. Т. Махлина. М.: Советский художник, 1983. С.2.

[17] А. Н. Семёнов, С. И. Осипов, К. А. Гущин. Каталог выставки            произведений. Автор вступ. статьи Г. Ф. Голенький. Сост. каталога И. А. Александрова и Г. Ф. Голенький. Л.: Художник РСФСР, 1977. С.15; Сергей Осипов. Живопись. Рисунок. Каталог. Автор вступ. статьи А. Б. Ляховицкий, сост. каталога С. Т. Махлина. М.: Советский художник, 1983. С.31.

[18] Губарев А., Дмитренко А. В простом, казалось бы, мотиве ... // Вечерний Ленинград, 1971, 5 января.

[19] Ленинградская школа живописи. Очерки истории. СПб.: Галерея АРКА, 2019. С.138.

[20]   Иванов С. В. Владимир Овчинников в воспоминаниях современников. К 100-летию со дня рождения // Петербургские искусствоведческие тетради. Выпуск 21. СПб, 2011. С.46–47.

[21] Сергей Осипов. Живопись. Рисунок. Каталог. Автор вступ. статьи А. Б. Ляховицкий, сост. каталога С. Т. Махлина. М.: Советский художник, 1983. С.7; Иванов С. В. Неизвестный соцреализм. Ленинградская школа. СПб.: НП-Принт, 2007. С.159; Ленинградская школа живописи. Очерки истории. СПб.: Галерея АРКА, 2019. С.138.

[22] Там же. С.169.

© Текст: Иванов С. В.